Атланта
Объявления
Деловая Атланта
Работа
"Русский город"
Медиа
Общество
Развлечения
Иммиграция
English
Слушайте радио Русский Город!
Сеть
RussianTown
Перейти
в контакты
Карта
сайта
Портал русской
Атланты
Читайте статьи различной тематики
на нашем сайте
Портал русской
Атланты
Читайте статьи различной тематики
на нашем сайте
О нас Публикации Знакомства Юмор Партнеры Контакты
МЕНЮ

Адвокат и его клиенты

Автор: Геннадий Петров

РЕКЛАМА ИЛИ РЕПУТАЦИЯ?

Даже в Америке реклама – это еще не всё. Есть нечто поважнее, чем реклама. Подсказать? Это «нечто» – хорошо каждому из нас известное, проверенное и испытанное понятие: репутация. Скажем, не сходит с экранов и со страниц газет реклама, расписывающая фантастические способности врача-целителя. И, разумеется, делает свое дело: привлекает любопытных и страждущих. Но далеко не всех. Те, кому не до шуток,  кто действительно нуждается в лечении, пойдет не на спектакль к целителю, а на прием к серьезному врачу, специалисту с высокой профессиональной репутацией.

Такие специалисты есть в любом деле.

Высоко професиональный банковский работник.

Искусный, с отличным художественным вкусом косметолог.

Умелый, ответственный агент по продаже недвижимости.

Толковый, наблюдательный, правдивый репортер.

Надежный, знающий, умный адвокат.  Или даже не один адвокат, а целая адвокатская контора:  многопрофильная юридическая фирма  «Айзенберг и Хьюит» (Isenberg & Hewitt). О ее высоком профессионализме свидетельствует, к примеру, такой факт. Одно из сложных, запутанных и выигранных фирмой дел было одобрено Федеральным судом, трижды цитировалось Апелляционным судом Джорджии, две ссылки на него сделаны в объемистом юридическом справочнике «Судебная практика и процедуры» Дэвиса и Шулмана.

На вопрос – сколько всего дел  проведено фирмой за пятнадцать лет ее существования, адвокат Мелвин Хьюит отвечает: более двух тысяч, практически все они закончены в пользу клиентов, но... и тут тоже будет кстати аналогия с врачом. Чем лучше специалист, чем выше его репутация – тем сложнее те проблемы, с которыми к нему обращаются, тем труднее добиться успеха в их решении. Да, на экране телевизора можно увидеть бодро улыбающиеся лица адвокатов, гарантирующих любому клиенту: «One call – that’s all!» – что  по смыслу выглядит  как «Один звонок – и всё в порядке!». Но, право, стоит задуматься над тем, может ли уважающий себя специалист гарантировать успех в деле, с которым он еще даже не познакомился? 

- Ну, а если вы ознакомились с делом – можете сразу сказать, будет оно выиграно или нет?

- В большинстве случаев – можем. И если шансов на успех нет – клиенту об этом будет сказано четко и прямо.

- А знаете, у многих из нас почему-то сложилось представление, что адвокаты заинтересованы любое дело по возможности запутать, заволокитить, чтобы – уж извините за откровенность! – вытянуть из клиента побольше денег в оплату за свои услуги.

- Думаю, такое мнение – результат неосведомленности. Не буду говорить обо всех юристах, но у нашей фирмы строгое правило: мы берем плату за свои услуги только в том случае, если дело выиграно.

НЕМНОГО ИСТОРИИ

Хэрриет и Мелвин встретились в школе адвокатов, знакомство переросло в иной – супружеский статус. В 1989 году  муж и жена Мелвин Хьюит и Хэрриет Айзенберг открыли в Атланте юридическую фирму «Айзенберг и Хьюит» (Isenberg & Hewitt)  и начали успешно развивающуюся в последующие годы  частную адвокатскую практику как в сфере юридических услуг малому, среднему и крупному бизнесу, так и с отдельными лицами, представляя и защищая их интересы в уголовных и гражданских делах.

Такое решение было закономерно предопределено юридической «специализацией» молодых супругов. Хэрриет Айзенберг – член Адвокатуры штата Джорджия, лицензированный брокер по операциям с недвижимостью, член Американской лиги коммерческих законов, член Группы кредитования строительства, основатель и руководитель инвестиционной компании, не понаслышке знакомый со всем многообразием проблем организации и становления бизнеса, коммерческих операций, деловых связей и отношений. «Хэрриет – мой партнер, –  рассказывает Мелвин. – Занимается всеми категориями бизнеса – малым, средним, крупным, коммерческими соглашениями, нарушениями контракта, претензиями. У нее более сотни постоянных клиентов, в их числе есть фирмы, с годовым оборотом, превышающим 30 миллионов долларов – такие, как, примеру, один из спонсоров Афинских Олимпийских игр - Home Depot».

Большой, разнообразный опыт и за плечами у Мелвина Хьюита. Окончил юридический колледж и юридический факультет Кентского госуниверситета. Отслужил четыре года в юридическом управлении военно-морского флота. В течение шести лет работал в полицейском управлении. Следующие пятнадцать лет отдал работе в крупнейшей частной международной Фирме услуг по охране различных объектов, зданий и помещений, пройдя за пятнадцать лет путь от руководителя рядовым подразделением до президента этой фирмы, имевшей более 13 тысяч работников и обслуживающей сотни офисов в Америке и в Европе. В те же годы, не прерывая работы, окончил школу адвокатов, стал членом Адвокатуры штата Джорджия, членом Американской ассоциации судебных адвокатов и  Американской национальной ассоциации Адвокатуры жертв уголовных преступлений.

С начала 1997 года клиентура фирмы пополнилась многочисленными иммигрантами из Восточной Европы, из республик бывшего СССР. Расширение масштабов деятельности конторы «Айзенберг и Хьюит» потребовало и расширения ее штата, причем, для эффективной работы с русскоговорящими клиентами были приняты сотрудники, владеющие русским языком. На просьбу сравнить свою контору – какой она была пятнадцать лет назад – с той, какую мы видим сегодня, Мелвин откликается, не задумываясь: «Наш первый офис был меньше, чем вестибюль нынешнего. Начинали мы вдвоем с женой, к концу первого года наняли секретаря. А через несколько лет смогли купить вот это просторное помещение. Нынче у   нас восемь постоянных сотрудников, работающих с полной нагрузкой, и два сотрудника заняты неполную неделю».

- Похоже, что оба основных направления вашей фирмы развиваются в одинаковом темпе, приносят одинаковый доход?

- В общем, это так. Но по своему характеру они отличаются весьма существенно.  Работа жены основана на долгосрочных контрактах, идет по расписанию, более предсказуема, ее доход относительно стабильный. Я же по большей части занимаюсь индивидуалами, спектр моих дел чрезвычайно широк, моя работа в расписание не укладывается, мой доход не предсказуем. Но в суммарном выражении с доходом жены соизмерим.

НА ЭКРАНЕ И В ЖИЗНИ

 Когда смотришь фильмы, где  главные герои адвокаты, складывается впечатление, что они только и делают, что выступают в судах,  произносят яркие речи, с поразительной находчивостью спорят с обвинителями... Между тем,  адвокаты в один голос уверяют, что большую часть времени проводят в офисах.  А какой расклад времени у Мелвина и Херриет? Каково соотношение между работой «публичной» и «домашней»?

Мелвин Хьюит подтверждает, что в основном работа адвоката проходит в офисе. И это понятно: подготовка простейшего дела к десятиминутному рассмотрению в суде потребует как минимум целого рабочего дня. А если судебный процесс займет все восемь часов – полный рабочий день? На подготовку такого дела понадобится не менее пятидесяти часов – побольше, чем полная рабочая  неделя одного юриста. Процессы, расследующие медицинские нарушения, длятся от пяти до семи и более дней. Соответственно, адвокатская подготовка документов превысит сотни  часов напряженной работы. Еще больше времени потребует  подготовка документов к уголовному процессу – будь то убийство, изнасилование, ограбление.

- А теперь, - смеется Мелвин Хьюит, - представьте себе человека, который целый день сидит за столом, заваленном бумагами, что-то читает, что-то записывает, что-то вносит в компьютер, что-то распечатывает и снова роется в бумагах... Это интересно? Это зрелищно? Конечно же, нет! И телевидение, и кино требуют действия, напряженных столкновений между людьми. В этом смысле судебный процесс – своего рода спектакль.Тут вам – спор, состязание, борьба, азартный вопрос «Кто – кого?» Обвинитель – адвоката? Или адвокат – обвинителя?  А сколько зрелищных сцен можно подсмотреть и снять на пленку  в полицейском управлении! Реальные  перестрелки, преследования, захваты преступников... Место преступления... Жертвы преступления... Свидетели... Подозреваемые... Вещественные доказательства, улики,  версии... И всё это – не выдумка сценариста, а реальные факты, реальные ситуации, реальные опасности, риск, единоборство... Работа адвоката от всего этого очень далека.

Не будем спорить с опытным юристом. Ему, конечно, виднее, где в его деле романтика, а где проза. Заметим только, что выступать в суде самому Мелвину Хьюиту всё-таки приходится. И не так уж редко. Есть, правда, у этих выступлений одна особенность: их результат почти всегда предрешен и, притом, предрешен в смысле успеха, в смысле выигрыша. И что характерно – эту предрешенность  не оспаривает суд, её вынуждены признать оппоненты. Удивительно? Наверное, нет, если вспомнить, какой огромной, какой тщательной, скрупулезной подготовительной работой подкреплено каждое его слово, каждое заявление и требование.

Помнится, Хемингуэй сравнивал хорошую литературу с айсбергом, невидимая, подводная часть которого раз в семь больше той части, которая виднеется над водой. Кажется, такую же пропорцию мы найдем и в работе хорошего адвоката.

В НАЧАЛЕ БЫЛА ПОЛИЦИЯ...  

- Мистер Хьюит, вы с таким жаром говорили  о полиции... Это – что? Ваша первая любовь?

- Я с детства мечтал стать полицейским. Вы ведь, наверное, заметили, что полицейский у нас в Штатах фигура чрезвычайно уважаемая, во многом – легендарная, прославленная прекрасными кинофильмами, замечательными актерами. Естественно, что мечтая о полиции, я представлял себя не на периферии событий, а в самой их гуще. Довольно скоро пришло понимание, что одной физической подготовки хорошему полицейскому недостаточно, необходимо образование, нужен определенный жизненный опыт. Я окончил юридический колледж и юрфак университета, отслужил четыре года в военно-морском флоте, в юридическом управлении, освоил работу нотариуса, судебного делопроизводителя, готовил судебные отчеты. И сразу  после армиии поступил в полицию.

- Мечта осуществилась!

- Да. В полиции я проработал шесть лет. Был дежурным в патрульном подразделении. Был следователем по уголовным преступлениям. Был секретным агентом по борьбе с наркобизнесом. Принимал участие в пресечении и расследовании покушений и убийств, избиений и изнасилований, перестрелок и «разборок», воровства и грабежей. Имел дело и с преступниками, и с жертвами, получившими тяжелые физические, психические и моральные травмы... Многое повидал, многое пережил.

- Еще бы! Такая работа может полностью изменить представления о людях, о нашем мире !

- Да, работа в полиции оставила глубокий след в моей жизни, сформировала мою жизненную позицию. Порой я и сегодня чувствую себя полицейским – только без форменного значка. И, знаете, мне это очень важно –  чувствовать свою сопричастность к «полицейской коммюнити», ощущать себя в кругу честных, справедливых, мужественных людей, всегда готовых защитить обиженного, помочь пострадавшему, выручить попавшего в беду.

- Но в полиции вы не остались? Почему?

- Я думаю, потому, что именно в полиции отчетливо осознал две основных функции правопорядка: карающую, нападающую и – охраняющую, защищающую. Я понял, что мне по духу ближе роль защитника. На юридическом языке – адвоката. Я никогда не защищаю тех, кому не сочувствую. Не защищаю преступников.

- То есть, вы всегда на стороне жертвы?

- Да. И знаете, почему? Потому что если, скажем,  к тому, что пережил человек, подвергшийся насилию, прибавится еще и несправедливое решение суда – вот это уже будет полная катастрофа, которую ни в коем случае нельзя допустить. 

- У вас остались связи с полицией? Вы поддерживаете какие-то отношения с полицейскими? 

- Ну конечно!  У меня сохранилось много друзей среди полицейских, некоторые из них сейчас занимают высокие посты. Немало и новых знакомых, в том числе и весьма влиятельных официальных лиц. У меня самые тесные связи с полицией, я этим горжусь. В свой адвокатской деятельности постоянно опираюсь на помощь и поддержку полиции. И, честно говоря, не завидую тем юристам, у кого такой помощи и поддержки нет. 

«ТЕХНИКА БЕЗОПАСНОСТИ»

Самые первые значения английского слова «security» – охрана, защита. Охраной объектов, зданий, помещений в Америке занимаются, в основном, частные фирмы. «Security business» – «охранный бизнес» ­– дело весьма специфическое, непростое. Какими-то своими сторонами напоминающее то, что мы называли «техникой безопасности». Вот, например, несколько лет назад государственная администрация охраны здоровья приняла развернутые рекомендации всему производственному и непроизводственному бизнесу, обеспечить  на объектах всех видов и категорий безотказную работу охранной и аварийной сигнализации, установить везде, где это необходимо по ситуации, пуленепробиваемые стекла для защиты служащих, осуществляющих денежные расчеты с многочисленными клиентами, обеспечить соблюдения стандартов оптимального освещения, оптимального кондиционирования воздуха, добиться безотказной работы всех систем и средств предупреждения производственного травматизма, принять все необходимые меры для полного исключения каких-либо несчастных случаев среди работников и служащих,  клиентов и посетителей.

 К сожалению, во многих частных компаниях менеджеры и администраторы игнорируют эти рекомендации и соответствующие стандарты, что нередко приводит к конфликтам, печальным результатам, а подчас и к трагическим последствиям.

И тогда на свет появляется «Дело», которым занимается полиция. Занимается прокуратура. Суд. И, конечно, адвокат.

Теперь-то ясно, что основательная, многолетняя работа в «Охранном бизнесе» естественно вписалась в обширную «базу данных» широко практикующего адвоката, стала ценной и неотъемлемой частью его богатого профессионального опыта. Такое в жизни бывает: меняет человек профессию (или место жительства, или еще что-нибудь непустячное), и причины к тому – существенные, убедительные. Но проходят годы, наступают перемены главные, и тогда-то становится понятно, что все предыдущие перемены на самом деле нужны были не столько сами по себе, сколько по смыслу подготовки к главному, решающему жизненному повороту.

Да, было немало веских соображений в пользу перехода из полиции в сферу «Охранного бизнеса». Новое интересное дело. Значительный выигрыш в зарплате. Хорошие возможности для успешной карьеры. Широкие масштабы деятельности. И всё подтвердилось, всё состоялось. Но уже будучи президентом курпнейшей в Америке частной охранной компании Мелвин Хьюит поступает в специализированную школу адвокатуры, успешно ее оканчивает, получает лицензию адвоката и уверенно делает главный, решающий поворот – открывает вместе с женой собственную многопрофильную юридическую фирму.

-  И сразу всё встало на свои места, – улыбается Мелвин Хьюит. – Я охранял и защищал людей в полиции. Я охранял и защищал людей в «секюрити». То же самое по сути делаю я и сегодня, работая адвокатом.

КОМПЕНСАЦИЯ? ПОМОЩЬ? НАКАЗАНИЕ?

В работе адвоката Мелвин Хьюит видит синтез всего, чему учился и чем занимался.

Колледж, университет, школа адвокатуры дали необходимые на каждом шагу знания в юриспруденции.

Криминальная полиции научила тому, без чего не будет хорошего адвоката: работе с уликами, с данными любой экспертизы и с документами, работе с подозреваемыми, с пострадавшими и свидетелями, методам полного и всестороннего сбора объективной информации, умению анализировать собранный материал,  вести самостоятельное расследование.

«Секюрити» дало широкое и точное представление о том, какой комплекс обязательных мер предупреждения любых преступлений, нарушений, несчастных случаев должен быть в любом месте пребывания человека: на производстве или в магазине, в отеле или в госпитале, в офисе или в гостях у соседа, на почте или в колледже, в театре или в ресторане, в апартментах или на пляже, на стадионе или на самолете, на улице или на дороге...

Есть в американском суде такое правило: если обвиняемый или обвинитель не в состоянии нанять адвоката, суд может предоставить им оплаченного государством защитника. Когда суд обращается за помощью к Мелвину Хьюиту – он никогда не отказывается защитить пострадавшего, такое у него правило или, если хотите, моральный долг. Несколько месяцев назад он таким образом выступал представителем детей, оставшихся без матери – её убил их отец. Как адвокат, Мелвин Хьюит сделал всё возможное, чтобы устроить будущее несчастных детей, обеспечить выплату им максимальной материальной компенсации.

- Все мы прекрасно понимаем, что никакой компенсацией не возместить потери близкого человека, – говорит Мелвин Хьюит. – Более того, подчас кощунственной кажется сама мысль о том, чтобы требовать какой-то денежной компенсации, когда речь идет о смерти, о гибели  или об убийстве человека. И всё же я с такой позицией не согласен. Да, слово «компенсация» зачастую звучит чрезвычайно неудачно. Но ведь есть гораздо более естественное, простое слово – «помощь». А в ряде случаев очень уместным оказывается слово «наказание» – материальный иск к обвиняемому в пользу пострадавшего.

И вот – сравнительно недавний пример.

В новый «вэн» одной из крупнейших автопроизводящих фирм ударила молния. Погибли троей детей, сидевших на задних сидениях, но остались в живых управлявший автомобилем отец и сидевшая рядом с ним  мать.

Родители погибших детей возбудили судебный процесс против фирмы, требуя выплаты огромного иска – нескольких миллионов долларов. Раздались голоса, осуждавшие родителей, «установивших плату за смерь каждого ребенка в розницу и за их общую гибель – оптом».

Однако на самом деле всё выглядело совершенно иначе. Родители поставили целью наказать производителя «вэнов» как можно чувствительнее, чтобы фирма пересмотрела проект своего автомобиля, добилась надежной защиты будущих пассажиров от разрядов атмосферного электричества. Что же касается выигранных по суду денег, они были направлены на благотворительные цели – в помощь детям, пострадавшим во время дорожно-транспортных происшествий.

И ВСЕ-ТАКИ – КОМПЕНСАЦИЯ

Но в широкой житейской практике, предоставляющей немало поводов для обращения в суд, слово «компенсация» очень уместно и полностью оправдано. Всегда ли доброкачественны купленные в магазине продукты питания? Всегда ли надежны в работе, удобны, производительны, безопасны в обращении, не угрожают нашему здоровью приобретаемые нами товары?

Адвокат – первый помощник в любом иске к производителям продуктов и товаров, неудовлетворительных по дизайну, не учитывающих требований эргономики, не обеспеченных полной сохранностью, не отвечающих своему назначению, не соответствующих принятым потребительским стандартам и нормам техники безопасности. Успех в процессах такого рода не только компенсирует нанесенный клиенту ущерб, но и дисциплинирует производителей, заставляет их совершенствовать свои проекты, отлаживать технологические процессы, подтягивать работу служб контроля за качеством выпускаемой продукции.

Во всех перечисленных случаях наши требования основываются на самом общем законоположении ('Premises liability') о том, что выплата компенсации за нанесенный ущерб предусматривается во всех случаях, когда нанесения ущерба можно было избежать в результате своевременно предпринятых мер. Но как в реальности опереться на эту законодательную возможность? Для этого надо открыть вебсайт юридической фирмы  «Айзенберг и Хьюит» (Isenberg & Hewitt) и заглянуть в раздел «Вопросы и ответы». Познакомьтесь с тем, чем озабочены обращающиеся за помощью  клиенты, вдумайтесь в советы опытных юристов, и вы увидите, что закон по смыслу своему всегда на стороне справедливости, но добиться его правильного истолкования и применения без помощи хорошего адвоката – дело нелегкое и, скорее всего, нерезультативное.

Вот, для примера, ситуация, наглядно сформулированная в одном из вопросов.

«Несколько парней напали на меня вечером на паркинге магазина. Мне нанесен материальный и физический ущерб. Могу ли я предъявить иск владельцам магазина?»

- Если владельцы магазина не обеспечили надлежащих, продиктованных конкретной ситуацией охранных мер, они понесут ответственность и выплатят компенсацию за причиненный ущерб, – отвечает Мелвин Хьюит. И поясняет:  – В данном случае нужно установить, был ли паркинг в достаточной мере освещен, ведется ли  мониторинг эрии паркинга, предусмотрен ли дополнительный контроль за территорией паркинга в вечернее время, не относится ли район расположения магазина к районам повышенного риска – это обстоятельство накладывает на владельцев магазина дополнительную ответственность за безопасность своих покупателей.

А вот еще два примера характерных ситуаций.

Студент, подвергшийся нападению на территории кампуса своего колледжа, может возбудить дело против руководства кампуса, если оно не обеспечило надлежащих мер по предупреждению подобных случаев.

Жильцы апартментов имеют законное право взыскать по суду компенсацию за понесенный ущерб в результате пожара, если владелец апартментов не обеспечил надлежащих мер по предупреждению пожара.

В данных, как и во всех аналогичных случаях, когда доказана халатность собственника или менеджера объекта, здания, помещения,  эти лица обязаны оплатить пострадавшему весь нанесенный ему материальный ущерб, все понесенные медицинские расходы, а также и будущие медицинские расходы, связанные с лечением и уходом за пострадавшим, весь материальный ущерб, связанный с временной потерей трудоспособности, а также весь будущий ущерб, связанный с возможным ограничением трудоспособности. Равно как и другие расходы, прямо или косвенно обусловленные понесенными физическими, душевными и моральными травмами.

СЕРЬЕЗНЫЙ ПРОТИВНИК

Мелвин Хьюит приводит еще один поучительный пример.

Пожилой человек  поскользнулся на полу в продовольственном магазине, упал, повредил локоть. На его претензию к руководству магазина был ответ, что магазин за подобные случаи ответственности не несет, поскольку уборкой помещения занимается по контракту специализированная фирма. Но из этой специализированной фирмы поступил ответ, что ее функции по контракту ограничиваются полной уборкой помещения магазина в четко определенные часы. Следовательно, за всё, что может произойти в магазине в остальное время, фирма не отвечает.

Такие отговорки встречаются сплошь и рядом.  И пробить  подобную «круговую оборону» без помощи адвоката очень трудно. Однако и это еще не всё. В жизни нередко бывает так, что за одной неудачей следует другая. Не повезло и этому пожилому человеку – он  попал в дорожное происшествие, получил более серьезную травму той же руки, которая ранее была ушиблена при падении в магазине. На судебном рассмотрении его иска адвокаты фирмы «Айзенберг и Хьюит» (Isenberg & Hewitt) добились, чтобы это обстоятельство было учтено. Размер лечебной компенсации был существенно увеличен.

- Надо сказать, – уточняет Мелвин Хьюит, – что оппонентами наших клиентов во всех делах, связанных с выплатами компенсаций, выступают, как правило, не сами владельцы или менеджеры, ответственные за то или иное происшествие, а представляющие и защищающие их интересы страховые компании. Но всем хорошо известно, что страхование – это бизнес, и что иншуренсные компании делают всё возможное, чтобы отказаться от возмещения заявленного ущерба или, по крайней мере, установить минимальную сумму такой оплаты. И надо отдать должное их агрессивности и дотошности, их умению уцепиться за малейший штришок в показаниях пострадавших и свидетелей, за малейшую слабинку в подготовленных истцом документах, чтобы повернуть дело в свою пользу.

Да, иншуренсные компании – противник серьезный. Нужен большой опыт, неопровержимый анализ всех обстоятельств, чтобы выиграть у них дело, связанное с неправильным лечением, с автопроисшествиями, с компенсациями в случае травматического стресса, добиться от них возмещения материального ущерба, понесенного в результате утраты работоспособности на короткий или длительный срок, или в тех случаях, когда травма, показавшася по началу незначительной, через некоторое время проявилась тяжелыми последствиями.

И  в то же время юристы страховых компаний всегда прекрасно осведомлены, с кем они имеют дело. Они всегда хорошо представляют себе, насколько аргументированными будут предъявляемые к ним претензии, заранее знают, на что они могут реально рассчитывать.

И когда им противостоит фирма «Айзенберг и Хьюит» (Isenberg & Hewitt), они с самого начала настраиваются на то, что им придется основательно раскошелиться для выплаты затребованных компенсаций. Они знают, что эта фирма обидеть своих клиентов не позволит. А кто этого еще не знает, тому будет преподнесен серьезный, хорошо запоминающийся урок.

МЕСТО ВСТРЕЧИ ИЗМЕНЯТЬ НЕ СТОИТ

Итак, теперь мы знаем, куда и к кому можно обратиться за юридической консультацией как в простых, так и в самых непростых ситуациях. Мы знаем, где и кто готов оказать нам гарантированно квалифицированную юридическую помощь. Мы знаем то место, где работают те люди, которые заслуженно пользуются репутацией опытных специалистов, знающих юристов, надежных адвокатов. 

Так что, если, не дай Бог, что-то приключится, что-то случится, что-то произойдет, и если понадобится твердая рука хорошего защитника – мы знаем, где его найти, знаем, где с ним встретиться.

И если мы хотим уверенности в том, что «наше дело правое, победа будет за нами», места такой встречи изменять не стоит. Ведь успех в юридической практике никогда не бывает случайным. Его слагаемые – знания, опыт, любовь к делу, глубокое сочувствие к своему клиенту, постоянная готовность сделать для него всё возможное. А порой – и невозможное.