Шестнадцатилетняя Фотини Варели танцевала столько, сколько себя помнила. Потом появился диализ — и расписание её жизни начали диктовать аппараты, а не сцена. У девочки из Кипра генетическое заболевание, разрушающее почки, и единственным выходом оставалась пересадка. Дважды её поездку в Израиль откладывали. В последний раз — из-за войны с Ираном, когда небо над регионом закрылось.
Когда она наконец добралась до клиники, оставалось последнее препятствие — и оно казалось непреодолимым.
Тупик в операционной
Мать Фотини готова была отдать дочери свою почку не раздумывая. Анализы сказали «нет»: донором для собственной дочери она оказаться не могла. В обычной ситуации на этом история бы и закончилась — девочка вернулась бы к диализу и очереди.
Но в Израиле ей предложили другое. Не одну операцию — цепочку.
Врачи объяснили: перекрёстная пересадка позволяет находить решение даже там, где донор и реципиент напрямую несовместимы. Работает это как домино: ты не можешь помочь своему — значит, поможешь чужому, а своего спасёт кто-то третий. Нужно только собрать всех участников одновременно.
Первое звено
Цепочку запустил человек, которого с Фотини не связывало ничего. Пятидесятидвухлетний Ассаф Мор, отец четверых детей, вызвался стать живым донором для незнакомки — он давно этого хотел. Его почка досталась киприотке.
Теперь освободилась мать Фотини. Не подойдя дочери, она идеально подошла двадцатисемилетней Хане Шаабан из Мадждаль-Крума, которая годами ждала повторной пересадки: её прежний трансплантат вышел из строя после ковида.
Дальше почку отдал муж Ханы — мужчине по имени Наиль. А жену Наиля вписали последним звеном: её почка ушла израильтянке Орит.
Двенадцать часов
Всё это происходило подряд, в двух больницах Петах-Тиквы — «Шнайдер» и «Бейлинсон» — четыре донорские и четыре реципиентские операции больше двенадцати часов кряду. Пересадку самой Фотини провела доктор Сигаль Айснер, глава отделения трансплантации почки в детском медцентре «Шнайдер». Она же объяснила, почему нельзя было тянуть: на Кипре нет ни диализной службы, ни организованной программы детской пересадки почки.
Восемь операционных, восемь человек — христиане, мусульмане, евреи — и марафон координации, включавший переброску пациентов из Кипра по воздуху. Доктор Эвиатар Нешер, глава трансплантологии «Бейлинсона», назвал это одним из самых ярких успехов медицинской дипломатии.
Финал
Все четверо, кому пересадили почки, здоровы. Все восемь участников цепочки уже выписаны домой. Фотини возвращается на Кипр — туда, где остались её танцы и жизнь без аппаратов.
