Слушайте радио Русский Город!
Сеть
RussianTown
Перейти
в контакты
Карта
сайта
Портал русской
Атланты
Читайте статьи различной тематики
на нашем сайте
Портал русской
Атланты
Читайте статьи различной тематики
на нашем сайте
Главная О нас Публикации Знакомства Юмор Партнеры Контакты
Меню

Планов громадье

Автор: Евгений Корягин

В художественных музеях мира, да и в частных коллекциях представлено немало произведений изобразительного искусства первых лет советской власти. Интересное было время для искусства! Судите сами: начало дизайна, становление кино, развитие художественной фотографии, развитие рекламы, создание отечественной школы моделирования одежды; отдельным жанром искусства становится плакат. А сколько нового появилось в декоративно-прикладном искусстве, например в росписи фарфора и фаянса, да и в других видах массового производства продукции культурно-бытового назначения...

Но и в этом разнообразии выделяются смелостью замыслов архитектурные проекты. Ко времени революции в России сформировалась своя архитектурная школа, в которой различались несколько направлений: на грани веков она прошла через модерн, довольно сильно в ней представлен классицизм, кто-то использовал в своих работах приёмы русской национальной архитектуры (примеры тому – Исторический музей и ГУМ). Конечно, строить советские архитекторы смогли только с началом первых пятилеток и промышленного развития, но планы и замыслы уже появляются. Среди них – самый смелый проект, так и не осуществлённый, но потрясавший своим размахом, своей грандиозностью. Это проект Дворца Советов.

Впервые об идее такого сооружения упомянул Сергей Киров на I Всесоюзном съезде Советов 30 декабря 1922 года (именно на этом Съезде было объявлено о создании СССР). Пока ещё не было архитектурного замысла, прочитывалось только политическое решение возвести сооружение для размещения высших органов власти и проведения собраний. А кроме того Дворец должен стать «эмблемой грядущего могущества, торжества коммунизма не только у нас, но и там, на Западе». Однако время ещё не позволяло планировать большое строительство: страна только начинала ликвидировать разруху после революции и гражданской войны.

Первый конкурс на проект Дворца Советов проходил с февраля по май 1931 года и носил закрытый характер. Сами организаторы конкурса сформулировали общие требования к участникам. В плане должны быть представлены два зала — Большой и Малый. Большой зал предназначался для проведения сессий Верховного Совета СССР и должен был вмещать несколько тысяч человек. Малый зал предназначался для собраний и театральных постановок. Внешний облик Дворца должен был выражать дух времени, символизируя торжество социализма.

Члены Ассоциации новых архитекторов предложили в качестве площадки для будущего дворца место расположения Храма Христа Спасителя. Формально решение о строительстве было принято на заседании ЦИК СССР под председательством Калинина, но реально это решение было подготовлено на заседании Политбюро ВКП(б) от 5 июня 1931 года, то есть на самом высоком уровне. В июне 1931 года газета «Известия» объявила об открытом конкурсе на лучший проект Дворца Советов, местом для которого была выбрана площадка храма. В течение нескольких месяцев пытались разобрать храм, но закончилось тем, что 5 декабря его взорвали.

Тут тоже интересная предыстория. Обещание построить храм в честь победы над Наполеоном Александр I подписал в декабре 1812 года, когда последние части французов были изгнаны из России. В 1837 году для строительства храма был взорван старый женский монастырь, настоятельница которого, как говорили, прокляла это место, мол, ничего доброго на нём стоять не будет. Строился храм долго; заложен он был в 1839 году, освящён в 1883-м. В народе он как-то всегда считался «бездуховным». Искусствоведы же более конкретно характеризовали эту работу архитектора Константина Тона как «безвкусную».

Для руководства проектированием и строительством Дворца Советов был создан особый правительственный орган, а при нём постоянно действующий архитектурно-технический комитет, куда входили видные деятели культуры – Горький, Мейерхольд, Луначарский, а также принимал участие Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) Иосиф Сталин.

На конкурс поступило более 270 проектов от архитекторов (в том числе зарубежных), от творческих коллективов и простых граждан. Сотню проектов, авторами которых были самые разные люди – «от пионеров до пенсионеров» – просто сняли с рассмотрения, как они того и заслуживали. В чём было доказательство открытости конкурса – в нём участвовали как известные зарубежные архитекторы (например, Ле Корбюзье), так и не слишком известные (например, американский архитектор Гектор Гамильтон, который, кстати, по результатам первого тура получил второе место и денежную премию).

В феврале 1932 года вышло ещё одно постановление, в котором архитекторам настоятельно рекомендовали не бояться высотности будущего сооружения. В мае 1933 года в качестве победителя утвердили проект архитектора Бориса Иофана, причём, проект этот был только принят за основу. Борис Иофан на вершине здания предлагал поместить фигуру «Освобождённый пролетарий» с факелом в руке; высота фигуры должна была составлять 18 метров. Но по мере поступления проектов у партийного руководства появлялись новые идеи. По мнению Сталина, Дворец Советов должен был стать памятником Ленину, а значит, увенчать сооружение следовало скульптурой Ленина.

Поначалу высота статуи Ленина предполагалась от 50 до 75 метров. Был даже проведён отдельный конкурс проектов этой скульптуры, победителем которого из 25 участников был выбран Сергей Меркуров. Предложенная им скульптура имела высоту 100 метров! При таком размере, по мнению автора, не здание будет увенчано фигурой Ленина, а наоборот, здание становится постаментом для фигуры.

В июне 1933 года главным архитектором проекта Дворца Советов назначен Борис Иофан, его соавторами становятся академик Владимир Щуко и профессор Владимир Гельфрейх. Вскоре замысел приобретает тот вид, который и станет основанием для расчёта инженерной конструкции. Выросло число цилиндрических ярусов с двух до пяти, общая высота здания составляла теперь 416,5 метра – по этому параметру здание стало бы самым высоким в мире, потеснив на второе место нью-йоркский Эмпайр-стейт-билдинг с его высотой 407 метров и оставив далеко позади Эйфелеву башню.

С точки зрения историков искусства принятый проект показал утверждение в советской архитектуре нового стиля, который получил название «сталинский ампир». Стиль ампир (имперский) господствовал в искусстве начала XIX века, переняв многие признаки классицизма. В несколько «осовремененном» виде мы наблюдали его в советской архитектуре до 50-х годов.

Грандиозность размеров отличала не только проект Дворца Советов. Успехи советской тяжёлой промышленности первых пятилеток породили идею построить внушительное здание Народного комиссариата тяжёлой промышленности (НКТП), и чтобы непременно в центре Москвы – на месте ГУМа. В конкурсе приняли участие лучшие советские зодчие. На рисунке видно, как выглядело здание НКТП в проекте Ивана Фомина – это вид от Кремля. Ступени в соответствии с заданием могли стать трибунами для зрителей, наблюдавших демонстрации.

В проекте конструктивистов братьев Весниных было не только здание, но и планировочное решение Красной площади с широкой магистралью, уходящей в Замоскворечье. Да, вот такие кардинальные проекты рассматривались тогда при разработке генерального плана Москвы! Своей вертикалью здание НКТП показывало, что архитекторы учитывали, что справа от Кремля выполняется проект ещё более грандиозного Дворца Советов.

Дворец Советов напрочь менял планировку окружающего пространства. Какие-то здания предполагалось снести, Музей имени Пушкина передвинуть на 100 метров (по Москве было передвинуто несколько исторически ценных зданий для расширения улиц). Улица Волхонка должна была вообще исчезнуть, поскольку возле Дворца Советов предполагалось организовать автостоянку на 5 тысяч автомобилей. По плану, между Красной площадью, Театральной, Площадью Революции и Дворцом Советов прошла бы широкая магистраль, по которой двигались бы демонстранты, в том числе прямо через сцену Дворца Советов. Можно себе представить размеры интерьеров этого дворца! Большой зал на 22 тысячи мест, Малый зал на 5–6 тысяч мест, Зал Сталинской конституции, Зал гражданской войны, зал Героики строительства социализма... В Малом зале – помещения для проведения сессий Верховного Совета, партийных съездов и конференций; к тому же Малый зал мог стать самым масштабным театральным зал в Европе. А попробуйте представить себе размеры Большого зала: его диаметр – 140 метров, высота – примерно 100 метров. Чтобы легче было представить: в зале можно было бы поместить колокольню Ивана Великого или Исаакиевский собор Санкт-Петербурга!

Внутри Дворца должны были расположиться архивы, библиотеки, музеи. Особенно восторгала отделка интерьеров – большое количество скульптуры (одних только бюстов предполагалось установить 650, почти как в хорошем музее!), фрески, витражи, мозаика... В Большом зале площадь росписи должна была составить 20 тысяч квадратных метров – это шесть Красных площадей. Мозаики и витражи для Дворца Советов готовил Павел Корин. В музее-квартире Павла Корина можно увидеть эскиз фриза «Марш в будущее» для Большого ленинского зала. В натуре размеры фриза должны были составлять 11 метров в высоту и 450 метров в длину. Специально для этой цели Корин изучал техники мозаики и витража. Результаты этой работы увидеть всё-таки можно – это мозаики станции метро «Комсомольская-кольцевая» и витражи станции «Новослободская».

100-метровая статуя Ленина была бы сравнима с 33 этажами нормального жилого дома. Длина указательного пальца статуи составляла бы 4 метра, вес скульптуры – 6000 тонн (в два раза тяжелее Статуи свободы в Нью-Йорке и при этом в три раза выше неё). Для статуи Ленина С. Меркуров выбрал сплав на основе меди и цинка, который, будучи достаточно прочным, мало подвержен коррозии. Подсчитано было, что при 2-миллиметровой толщине металл простоит тысячу лет. И ведь эта масса находится на вершине здания, высота которого задаёт его собственную массу. По расчётам, только центральная часть Дворца имела бы массу около 500 тысяч тонн, ведь в её основе был бы металлический каркас – 300 метров металлической конструкции, которую внизу несли бы несколько десятков сварных опор. Каждая такая опора несла бы нагрузку более 12 тонн. Для сравнения – в Эмпайр-стейт-билдинг каждая опора несёт «всего лишь» 7 тонн.

Всю эту массу требовалось установить на надёжный фундамент, передать всю нагрузку на грунт. Грунт в том месте оказался этаким «слоёным пирогом» из глинистых пород и известняка, который мог пропускать грунтовые воды. Этот слой пропитали горячим битумом, который закачивали на глубину под давлением через перфорированные трубы. А поверх этого подготовленного слоя легли два бетонных кольца диаметром 140 и 160 метров и толщиной 21 метр. Вот на эту основу можно было опирать металлические колонны. Кстати, для проекта была даже разработана специальная марка стали, так и названная – ДС, отличавшаяся большей прочностью и большей устойчивостью к коррозии. Вызывает уважение не только грандиозность замысла, но и основательность подготовки, будь то фундамент, материалы или строгость расчётов конструкции. Грамотно предположили, что столь большое по высоте сооружение будет испытывать необычно высокие ветровые нагрузки. Просчитать их поручили инженеру Николаю Никитину, тому самому, который потом построит Останкинскую телевизионную башню.

В 1940 году на подготовленном фундаменте начали возводить металлический каркас. К 1942 году его довели до уровня 7–8 этажа. Но это уже было военное время, металл и бетон требовались на другие цели. Строительство Дворца Советов приостановилось, хотя Борис Иофан предлагал чуть более скромный по высоте вариант. Затем от постройки Дворца Советов и вовсе отказались.

В 1960 году на фундаменте несостоявшегося высотного гиганта был построен открытый плавательный бассейн «Москва», который работал круглый год. Зимой стоило встать во весь рост в неглубоком месте бассейна – и голова начинала замерзать!

Но в 90-е возросла цена на воду, и бассейн закрыли. Теперь на том месте снова стоит Храм Христа Спасителя. А вот как смотрелось бы это место при поездке по Кремлёвской набережной. Красиво ведь. И необычно!